Виктор Казаков: «ГАИ для меня - это жизнь, а не просто служба»

3 июля сотрудники Государственной автомобильной инспекции отметили профессиональный праздник. В этом году ГАИ исполнилось 90 лет. Это был повод для общения с Виктором Алексеевичем Казаковым, бывшим начальником УГИБДД МВД по Марий Эл. Он возглавлял Управление с 1999 по 2014 годы. 

- Виктор Алексеевич, давайте начнем. Для вас лично - ГАИ или ГИБДД?

- Я начинал службу в ГАИ. Это родное, самое приятное. ГИБДД - уже, как говорится, приложение к ГАИ. Хотя ГАИ, ГИБДД, дорожная полиция - всё это одна служба. Но ГАИ - лучше.

- Сейчас 2026 год. Вы ушли с руководящего поста более 10 лет назад. Часто ли вас останавливают на дорогах действующие инспекторы и узнают ли?

- Я ушел 12 лет назад. Но останавливают. Служба такая. Они обязаны проверять, досматривать. Ну, я представляюсь. Вопросов нет. Фамилию еще помнят.

- Получается, вы руководили ГАИ около 15 лет. В чем секрет такого долгожительства на этом месте? Как сделать, чтобы система тебя «не съела» за столько лет?

- Работать честно, добросовестно, на благо общества.

- Я готовился к интервью и перелистал газеты. В 2005 году вы, уже будучи полковником, лично выходили на трассу с жезлом в рамках акции «Марийской правды». Помните тот выход «в люди»?

- Я начинал службу инспектором дорожно-патрульной службы, старшиной милиции. Так что работа инспектора для меня не новость. И когда я стал начальником, постоянно выезжал на трассы, был рядом с инспекторами, знал, чем они дышат, какие у них проблемы. Эта служба всегда на виду: и в зной, и в мороз, и в дождь. Надо быть опрятным, красивым, порядочным. В те времена, когда я выходил в рейды, приходилось и мерзнуть, и работать.

- В 2012 году на пресс-конференции вы вспоминали случай, когда женщина позвонила вам и просила остановить пьяного мужа. Это был шок для вас как руководителя или обычная ситуация?

- Это не обычная ситуация. Женщина, наверное, хотела спасти чью-то жизнь, поэтому позвонила именно мне. Она сберегла мужа от преступления, помогла ему. Просто хотела предотвратить беду.

- В новостях часто можно встретить фразу: «На место ДТП выехало руководство управления». Наверняка за вашу карьеру были жуткие аварии. Что до сих пор стоит перед глазами?

- Я выезжал на каждое происшествие с человеческими жертвами. Где бы оно ни случилось, хоть в Горномарийском районе, хоть в Мари-Туреке, хоть в Параньге. Мы обязаны были разобраться и принять решение. Было много аварий с пятью и более погибшими. Но самое страшное, что до сих пор в глазах, когда УАЗ-452 ушёл под воду с детьми. Если память не изменяет, тогда погибло четверо ребятишек. Смотреть, как водолазы достают тела, это очень тяжело. Но специфика службы обязывает быть там и принимать решения.

- В 2012 году вы рассказывали про водителя из Мари-Турекского района, который четыре раза садился пьяным, а потом сбил женщину с ребенком. Вы предлагали ввести уголовную ответственность и конфискацию машин. Получается, вас услышали? 

- Тогдашний министр Артём Валерьевич Хохорин эти меры продвигал. Мы писали в Москву, по всем инстанциям, просили ввести уголовную ответственность. Ведь люди, совершающие такие преступления в пьяном виде, это преступники. Решение приняли, и сейчас это работает. Знают, что если попался повторно, будет уголовка.

- При вас сильно обновился автопарк и появились камеры фотовидеофиксации. Сейчас вы видите в них пользу?

- Когда мы начинали, я часто выезжал в Татарстан, они всегда были передовыми. Смотрел, как устроен их центр, какие камеры, как работают специалисты. Даже в Америку ездил, когда был начальником. Там в центре фотовидеофиксации четыре службы работают в одной системе, как наши МЧС, скорая, полиция. На мониторах видят всё. И я участвовал в патрулировании, видел, как это работает. Американцы, кстати, спрашивали: «У вас по трассам медведи ходят?» Я говорю: «Нет». Они удивились, что я знаю их систему. А я ответил: «Мы же учимся, чтобы у нас всё было хорошо». Думаю, центр фотовидеофиксации создал атмосферу, в которой водители реже нарушают. Конечно, работа инспекторов важна, но и камеры должны быть.

- Ходили байки про так называемый «звонок Казакову». Водители реально звонили вам, чтобы решить вопрос на дороге?

- Был телефон доверия, я не скрывался. Звонили, когда не помогали или возникали вопросы. По мере сил я старался помочь. Но если человек нарушил и звонит мне, что я могу сделать? Инспектор действует по закону, выписывает штраф. Какие команды я могу дать, чтобы он прекратил? Никаких.

- Недавно вам исполнилось 69 лет. В 80-х вы начинали, наверное, ездили на «Волге»?

- В 1982 году, когда я пришел на службу, в сельском поселении вообще были машины «01», желтенькие, «канарейками» их называли. Транспорта было мало. Когда стал начальником, пришлось побегать по Москве, по республике, выбивать финансы не только на машины и мотоциклы, но и на форму. Инспектор должен быть одет, чтобы работать. Так что хлопот было много.

- Мы сейчас находимся в музее МВД. Здесь много экспонатов, но в глаза сразу бросается вот этот мотоцикл. Расскажите о нем.

- Мотоцикл доставили сотрудники ГАИ. Им занимался мой заместитель Валерий Владимирович Вершинин. Вместе со всем управлением искали запчасти, восстанавливали. И затащили сюда  на пятый этаж. Это реликвия, глядя на которую можно вспомнить, что наши инспекторы ездили именно на таких.

- И последний вопрос. Что вы скажете водителям сейчас, уже не как начальник ГАИ, а как человек с огромным стажем за рулем?

- Во-первых, не нарушайте правила. Цена этому жизнь и кровь. Во-вторых, взаимопонимание между участниками движения - это уважение к себе и к другим. Сейчас часто обида берет верх над достоинством, и случаются скандалы до неприличия. Будьте внимательны, вежливы и всегда помогайте людям - мало ли какие случаи бывают.

Беседовал Михаил Винокуров