Полвека оваций

Она была простой деревенской дояркой, когда впервые ступила на порог йошкар-олинского драматического театра, а затем блистала на его сцене более 50 лет, 30 из которых проработала бок о бок с Георгием Константиновым. Заслуженная артистка России Раиса Носырева-Исаева рассказала нам о жизни, театре и ее самых дорогих людях.

Деревенское детство

В 50-х, после 10-х классов, я жила в деревеньке Царевщина, Балтайский район, Саратовская область, и работала там дояркой. У меня была корова по кличке Дивная, давала по ведру молока три раза в день. Но за то время, что ее доила, я могла бы подоить 21 корову, такая она была тугая. Она вставала поперек дороги и не пропускала машину, пока я не выйду и не пойду с ней рядом. Это чтобы я не подоила другую корову. Только после нее я шла к остальным, всего их было 22. Пока дою других, она стоит рядом и ни одну из стада не подпускает ко мне, чтобы не боднули.

Там я организовала квартет из доярок. К нам приехал ветврач из Саратова, который был роскошным гармонистом. Подоили мы коров, все убрали за ними, почистили; приезжает гармонист, начинает играть, а мы поем. Потом пригласили в Вольск, где проходил фестиваль, и мы получили грамоты.

Театр

В театр я очень смешно поступала. Через год после работы на ферме мы с подружкой поехали на велосипедах за 90 километров в отпуск к моей старшей сестре. Пошли в город и увидели театр, а на нем афиша: «Объявляется конкурс творческой молодежи».

В 10-м классе я уже играла в театре в спектакле «Семья Ульяновых», была матерью Владимира Ильича Ленина. Также играла Снежную королеву. И вот, когда я увидела объявление, каждая клеточка во мне задрожала. Я уговорила подругу зайти посмотреть, что там такое. Директор сказал, что через месяц будет конкурс, а за это время надо было подготовить стихотворение, басню, песню, в общем, все, на что способны.

Через месяц пришла на конкурс – там все девочки-мальчики городские, с полсотни человек, а деревенская только я. (Кстати, Георгий Викторович Константинов в этом же году, 1958-м, приехал в Вольск с женой и сыном – Прим. ред.).

У меня был сильный деревенский акцент. Когда я вышла на сцену и заговорила, конечно, девочки-мальчики обхохатывались, говорили: «Какая-то деревенская дура возомнила артисткой стать». Я там и пела, и плясала, а еще рассказала басню Крылова «Еж и хорь». Когда в ней хорь махнул на ежа, я вошла в такой раж, что оказалась прямо перед комиссией, а они со смеху полезли под стол.

Комиссия сказала, что результаты будут через три дня, и я все это время не спала. Взяли с условием, что я проявлю все свои таланты в первые три месяца. Только меня одну, дуру, и приняли, и еще одного мальчика, больше никого.

Муж

В 1959 году мы повстречались с Ванечкой. Я была в отпуске, приехала в деревеньку Баевку Ульяновской области. Пошла с племянницами в клуб, мы засмеялись, я повернулась и увидела на другой стороне дороги молодого человека. Кудрявый, высокий, красивый. Только встретились с ним глазами, и у меня сразу что-то в груди екнуло.

В клубе было два гармониста. И тут один из них объявляет белый танец и смотрит в мою сторону. А я повернулась и пошла к Ванечке. Пригласила его – и все. Один белый танец станцевали и два раза в кино сходили. Потом уехали оттуда, а через два месяца он уже мчится свататься. Он на мотоцикл копил, а потратил все на свадьбу. Прожили мы в любви 52 года, и я все время говорила ему: «Такой, как ты, один на миллион». У него были необыкновенные улыбка, взгляд; руки были истинно мужские, потому что работал с 14 лет. В родной деревеньке до нашей женитьбы Ваня построил своими руками два дома своим сестрам. Затем здесь, в наших садах, четыре дома.

Ну, и театр – еще одна любовь на всю жизнь! Театр у меня жил и до сих пор живет в каждой клеточке. Хоть уже и не работаю, а все равно: музыка заиграла, и во мне все дрожит, я уже танцую.

О сыне и афганской войне

Юра, мой старший сын, прошел Афган. Призвали в конце 1980-го, он был там восемь месяцев, вернулся в 1981-м. А до Афгана они были в Ташкенте. Там человек 700 заболели желтухой, и после болезни в Юре было 40 килограмм веса. Их посадили в самолет и отправили воевать в Афган, где он попал в спецразведроту. В Афгане дети, которые уже умели держать автоматы, стреляли по нашим солдатам; женщины стреляли из каждого окна.

А ранили его свои. Группу выбросили на сопке, где лежал снег. И они там ловили душманов, которым было по 40-50 лет, все здоровые. Связи не было никакой. Внезапно их бомбануло с нашего же вертолета. Юра был при смерти, осколок попал между легким и сердцем. Спас моего сына однополчанин Хайдар. Ему кричали: «Бросай, он уже мертвый», а Хайдар взвалил его на спину и волок на себе до вертолета. Привезли Юру в Кабул, а оттуда в Ташкент. Там был старый хирург, который не стал делать операцию. Он сказал, что с таким осколком живут, а если оперировать, можно остаться парализованным или сразу умереть.

Я все ждала писем от сына, а их все нет и нет. Машины с гробами останавливались у дома, и меня всю колотило. Когда Юру ранило, муж ездил в Ташкент, а меня с собой не взял. Потом, вернувшись, сказал: «Хорошо, что ты не поехала, ты бы этого не выдержала. Видела бы ты этих солдат! Некоторые без рук и ног. А смеются, радуются, что остались живы». Еще там было целое отделение, где были молодые солдаты, которые сходили с ума на поле боя.

30 августа Юра вернулся домой. Все, что у него было, – букет роз, которые он привез мне из Ташкента. Здесь ему вручили Орден Красной Звезды, медаль «За отвагу»… Всего у него со всех республик и стран 24 награды.

Первые годы было очень тяжело. Иногда на него что-то находило, он бежал на балкон, чтобы выпрыгнуть, и говорил: «Хочу в Афган. Там столько моих друзей погибло, а я живой!» Лет через пять стало получше. Сейчас Юра, несмотря на возраст и инвалидность, много работает, потому что просто не может сидеть без дела.

Послесловие

В 1998 году Раиса Исаева получила звание Народной артистки Республики Марий Эл, а в 2011-м – Заслуженной артистки Российской Федерации. «При вручении звания «Заслуженная артистка России» меня предупредили, что, если я сыграю еще хоть один спектакль, то прибавка к пенсии в размере 3600 рублей будет с меня снята. А у нас же зарплаты всегда были копеечные, мы о деньгах особо не думали. Самое главное – это театр! Если один раз на сцену выйдешь – это на всю жизнь».

Денис ДОЛГОПОЛОВ

Фото Павла Старикова