Артем Михеев, врач-остеопат: «Для выздоровления нужна совместная работа врача и пациента»

Как часто вы слышали фразу «Все болезни от нервов»? Врач-остеопат, президент недавно образованной «Ассоциации массажистов Республики Марий Эл» Артем Михеев подсчитал, что около 60% его пациентов страдают от заболеваний, вызванных неврологическими причинами.

Остеопатия, по рассказу Артема Михеева, пришла в Россию после 90-х годов, когда информация из Европы стала более доступной. Возникшая в конце XIX века, сейчас остеопатия является частью официальной медицины. Ее можно сравнить с мануальной терапией.

– А в чем разница?

– Это более мягкая техника. Если у пациента смещен позвонок, мануальный терапевт его ставит. Не говорю, что все специалисты такие, но часто они не углубляются в причины того, почему этот позвонок соскочил. Вместо того чтобы убрать причину, они убирают симптом. Остеопатия смотрит глубже: это в первую очередь работа с нервной системой.

В ней много направлений, я выбрал работу с опорно-двигательным аппаратом – заболевания, связанные с позвоночником и суставами.

– Правда, что остеопаты не прописывают лекарственных препаратов?

– Я не прописываю. Не рекомендую загружать организм лекарствами. Если человек срывает поясницу, или у спортсмена смещается таз на тренировке, а ему прописывают обезболивающее, и на этом лечение ограничивается… Проблема не уходит, человек просто загружает себя лишней фармакологией. Пока таз не встанет на место, это не поможет. В дальнейшем, когда таз встает на место, можно порекомендовать упражнения для снятия мышечных болей или, в крайнем случае, легкие обезболивающие. Но закидываться таблетками не советую.

То же самое с операциями. Если вы можете идти на своих ногах, не стоит ложиться под скальпель. В России после операции на грыже позвоночника, к сожалению, либо нет никакой пользы, либо человек потом просто не встает. Это не мной придумано, это статистика. И у меня есть знакомые, которые проходили через такую операцию, и лучше точно не становилось. Движение – это жизнь.

Еще один важный фактор – совместная работа врача и пациента. Допустим, поставил врач спортсмену-бодибилдеру позвоночник и рекомендовал в течение месяца исключить физические нагрузки, чтобы организм восстановился должным образом. А тот вышел за дверь и сразу пошел в спортзал брать штангу весом 200 кг. Потом приходит и снова: здесь болит, там болит. Спрашиваю: «Почему не послушал?» – «Не смог удержаться, для меня это смысл жизни». Таким пациентам в дальнейшем большей частью отказываю, не вижу смысла работать с тем, кто сам не хочет себя вылечить.

– А какой процент болезней связан с неврологией?

– Из тех, кто прошел через меня за последние три месяца, это около 200 человек, примерно 120 – это неврология. Вообще, почти любое заболевание, связанное с позвоночником, в той или иной степени связано с неврологией.

– Так называемые «сидячие» травмы?..

– Когда я начал практиковать, столкнулся с тем, что многие специалисты не обращают внимания на простые вещи, и лечат то, что не нужно. Вот сидит таксист за баранкой 15 часов в сутки ежедневно, начинает болеть нога, поясница, отдает в спину. Приходит к неврологу – ему прописывают обезболивающие и электрофорез, и на этом ограничиваются. Человек делает МРТ и не находит серьезных проблем, которые могли бы вызвать такие симптомы. Во многих случаях это банальный синдром грушевидной мышцы, защемление седалищного нерва. Работа в среднем 3-5 сеансов, и человек снова чувствует себя здоровым.

– Не боятся вправлять? Больно, наверно.

– После первого сеанса страх проходит. Боли бывают, не без них, но по ходу курса прекращаются.

– Пациенты спрашивают про татуировки? Объясняете?

– Иногда интересуются, я рассказываю, не сложно. Большинство из них имеет сакральный смысл, согласно моему мировоззрению, в языческой, старославянской тематике. А вообще-то, какая разница, с татуировками специалист или нет, лишь бы польза была. 

Денис ДОЛГОПОЛОВ