Заступиться некому?

В 2014 году отмечается 140-летие со дня рождения выдающегося общественного и политического деятеля, нашего земляка, человека трагической судьбы – Александра Егоровича Кропотова.

Исторически марийский край богат не только лесами и озерами, но и талантливыми, незаурядными личностям, в числе которых политические и общественные деятели. Ярким представителем российской политической элиты начала XX века был Александр Егорович Кропотов, уроженец деревни Подгорной Токтай-Белякской волости (сейчас это территория Куженерского района), депутат Государственной думы Российской империи 1907–1912 гг., глава Уржумской уездной земской управы, член Учредительного собрания. Родившийся в небогатой крестьянской семье и выросший в деревне, Кропотов достиг столь высокого общественного положения отнюдь не деньгами и не «по блату», а благодаря исключительно собственным талантам и активной гражданской позиции. Однако революция и последующие за ней события прошлись по судьбе Александра Егоровича и его семьи безжалостным катком.


Защитник крестьянства
Произвол чиновников и бесправие крестьян – с ними будущий парламентарий хорошо познакомился, когда в достаточно молодом возрасте служил писцом в канцелярии земского начальника. Чтобы понять, как положить конец этим проблемам, Кропотов стал собирать собственную библиотеку, сделав своими постоянными спутниками книги.
Для крестьянина царской России, чья семья имела достаток ниже среднего, умение писать и читать было чрезвычайно серьезным достоинством, выделявшим его из общей среды. Поэтому после службы в армии Кропотов стал волостным писарем в соседнем Малмыжском уезде: такая должность по тем временам подразумевала достаточно большое влияние в волости. И Александр Егорович стал активно пользоваться своим положением для решения проблем крестьян, прославившись как защитник трудового крестьянства. Его имя стало узнаваемым не только в соседних волостях, но и по всей Вятской губернии, что позволило пройти несколько выборных ступеней и стать избранным в имперскую Государственную думу.


«Индульгенция» от вождя
Крестьяне, учителя, адвокаты, врачи – таков был состав депутатов фракции трудовиков того парламента, членом которой был и наш земляк. Почти все «беспартийные», как они себя называли, впоследствии подверглись гонениям большевиков. Но представитель обновленной элиты общества тогда не предчувствовал такого финала для свободолюбивых демократических устремлений и десятки раз выступал на одном из главных политических поприщ страны с критикой аграрной политики правительства и предложениями по улучшению положения жителей деревни. Причем выступления его упоминал в своих сочинениях сам «вождь мирового пролетариата» В.И. Ленин. Отмечая при этом, что речь Кропотова хотя и «наивная», но «передает действительные стремления миллионов».
Гораздо позже, уже после Октябрьского переворота, эти слова Ленина станут для Александра Егоровича своеобразной «индульгенцией» для защиты от безжалостных следователей ГПУ...


Депутат на день
В 1912 году предстояли новые выборы имперской Госдумы. Как и в современных выборах, для регистрации кандидату в депутаты нужно было собрать различные документы о себе. Политические противники Кропотова воспользовались ситуацией и возбудили «кляузное» уголовное дело, обвинив его в даче ложных сведений о своем имуществе. Одним из адвокатов нашего земляка на суде в Казани был будущий председатель Временного правительства России Александр Керенский. Для дачи необходимых показаний и поддержки Кропотова приехало более 200 земляков, видевших в нем защитника крестьян. Однако, несмотря на победу в суде, выборы прошли без участия Александра Егоровича вследствие длительных разбирательств.
Во время последовавшей затем Первой мировой войны командование армии распорядилось оставить его на писарской работе в Казани, где Кропотов трудился вплоть до судьбоносного для страны 1917 года. В ходе событий, сопутствовавших февральской революции, имперскую Госдуму распустили. Для определения нового государственного устройства в Петрограде было созвано Всероссийское учредительное собрание, депутатом которого и становится Александр Егорович благодаря поддержке крестьян и губернского совета крестьянских депутатов. Впрочем, в первый же день работы большевики разогнали собрание и заключили «несогласных» в тюрьму. По счастливому стечению обстоятельств Кропотова отпустили, но путь домой без документов и денег был немногим лучше каторги.


С клеймом «контрреволюционера»
Теперь в жизни Александра Егоровича, как и в жизни всех людей, не было покоя. В уезде начались антисоветские восстания, и прежнее местное руководство потребовало от народного избранника поддержки. Бывший парламентарий просто не успел никаким образом помочь: повстанцев ликвидировали уже через три дня. Но за письмо контрреволюционеров о помощи ему пришлось потерять полгода в тюрьме. Более того, всю дальнейшую жизнь ему постоянно устраивали слежку, допросы, изъятия имущества, запугивания, обыски без предъявления обвинений. Так человек, еще недавно облеченный народным доверием, в одночасье стал жертвой травли, причин которой он искренне не понимал. В прошении, написанном во время одного из арестов, Кропотов писал: «…объявите мне, в чем меня обвиняете… не томите меня напрасно в заключении на горе моим родным и бедноте, которая во мне знает только защитника прав трудового народа».
Однако машина террора была запущена, и ни просьбы, ни объяснения остановить ее уже не могли. В 1924 году начальство ОГПУ распорядилось отправить Кропотова под конвоем в Москву для допросов. Истерзанный многолетним морально-психологическим террором, бывший депутат бежал от конвоиров в лес, но попал в засаду, когда решил вернуться домой. На Лубянке после мучительных допросов его назвали психически нездоровым и, отпустив под трехлетнюю подписку о невыезде, оставили в покое. Хотя покой этот был относителен: несколько раз на протяжении оставшейся жизни Александра Егоровича (скончался он в 1934 году) органы все же припоминали его «контрреволюционное» прошлое. Здесь и пригодились цитаты благосклонных высказываний «вождя пролетариата», которые Кропотов использовал в качестве аргументов в свою защиту.


«Партия равноправия»
Несмотря на то что депутатская деятельность Кропотова всегда переплеталась с партиями, он называл себя беспартийным. На многочисленных допросах Александр Егорович объяснял: «По мне, партия нужна равноправия, не было бы никаких убийств...» Вновь и вновь подчеркивал, что искренне радеет лишь о судьбе простых людей: «Жизнь трудового народа – моя жизнь. С детства я вижу, как везде и всюду живет беднота в обиде, и заступиться за нее некому». И верил в торжество справедливости: «…думаю: правда восторжествует, разберутся, расследуют, и я буду вновь работником, полезным для человечества».

Алексей Ершов